Третьего не дано?
Если зайти на сайт, где собирают подписи под обращением к Дмитрию Медведеву с просьбой о помиловании Светланы Бахминой – видно, что он работает, как метроном: в среднем, по три подписи в минуту.
За десять дней – более 40 тысяч подписей.
Большинство комментариев, которые добавляют к подписям – двух типов: либо «будьте милосердны», либо «какой смысл обращаться к тем, кто не имеет совести?». Пишут отовсюду: от Камчатки до Калининграда, от Америки до Израиля. Целое «созвездие» известных имен, и множество моих друзей и знакомых – в том числе и некоторые из тех, кого давно потерял из виду.
И что? В подтверждение правоты тех, кто оставляет комментарии второго рода – ничего. Адресат обращения хранит молчание.
Неважно, что подписей все больше и больше.
Неважно, что среди тех, кто просит за Бахмину – люди, от просьб которых не посмел бы отмахнуться лидер любого из демократических государств.
Неважно, что бурлит и взрывается от гнева Интернет (характерно, впрочем, что на федеральных каналах и в прокремлевских газетах про сбор подписей – ни звука)…
Можно было бы предположить, что Дмитрию Медведеву не докладывают о происходящем – но, как он сам любит нам рассказывать, президентский день начинается с Интернета. А там, как уже сказано, не узнать про «дело Бахминой» – невозможно. Но он молчит.
За то время, что собирают подписи, президент нашел время уволить амурского губернатора и назначить руководителя агентства по делам СНГ, потребовать снизить цены на авиакеросин и вручить государственные награды, сделать Дмитрия Козака вице-премьером и указать на недопустимо малое количество спортивных клубов по месту жительства, посетить космодром в Плесецке и постоять на мостике крейсера в Баренцевом море.
Но он не нашел времени для того, чтобы откликнуться на просьбу о помиловании Бахминой – или, хотя бы, сообщить, что он в курсе, что обязательно прочтет, рассмотрит, и ответит.
Он молчит – давая понять, что происходящее не достойно его державного внимания.
Гипотез, объясняющих происходящее – две.
Первая – неприятная для Дмитрия Медведева.
Вторая – позорная для него же.
Первая состоит в том, что душа его вообще, - или, по крайней мере, в данном случае, - чужда милосердию. И он считает Светлану Бахмину настолько опасной для общества, что она обязательно должна отбыть свой срок до конца, и родить в тюремной больнице, а ее маленькие дети должны не видеть мать еще несколько лет.
Вторая состоит в том, что душе президента не чуждо милосердие. Но проявление милосердия в данном случае не входит в круг его полномочий. Ибо расправа со всеми, кто связан с «делом ЮКОСа» - личная вендетта того, кому президент обязан решительно всем. А он никакого милосердия в данном случае проявлять не намерен. Напротив, намерен насладиться местью до конца, упиваясь своим всесилием и бессилием преследуемых.
Первая означает, что Дмитрий Медведев – жестокий и бессердечный человек.
Вторая означает, что он является лишь зиц-президентом. И, скорее всего, не только в деле Светланы Бахминой.
Третьего не дано.